Как помогают семьям в Петербурге

21 мая 2014 Как помогают семьям в Петербурге

Международный день семьи 15 мая в очередной раз напомнил о старых проблемах, а заодно дал повод представителям власти рассказать о попытках эти проблемы решить.

«Мы понимаем необходимость постоянного укрепления семейных ценностей и всячески стремимся создавать такие условия для наших граждан, которые позволяли бы им чувствовать уверенность в завтрашнем дне и в том, что, создавая семью, они не останутся без государственной поддержки», — заявил накануне Дня семьи председатель комитета по социальной политике Санкт-Петербурга Александр Ржаненков.

Может, государственная поддержка и правда помогла, но количество семей у нас в городе действительно выросло. Сейчас их около 660 тысяч. В них воспитываются около 700 тысяч детей.

Растет число многодетных семей: только за минувший год их стало больше на 3300. По данным комитета по социальной политике, общее число многодетных семей на 1 мая текущего года составляет 21184. Представителей власти тенденция радует. «Это говорит о том, что возможности, которые создаются государством, и те ценности, которые у нас культивируются, приносят свои плоды, хотя проблем все еще очень много», — говорит Александр Ржаненков.

Несмотря на «семейный прирост», высоким остается процент разводов: в 2013 году на 54840 свадеб пришлось более 26000 разводов. Многие союзы распались из-за материально-бытовых трудностей. Частично справиться с ними город тоже помогает: из бюджета каждый год выделяется 5 млрд рублей.

«В целом, мне кажется, говорить сегодня о том, что наступил кризис семьи, не совсем правильно. Из 600 тыс. семей города, порядка 73 % позиционируют себя как вполне благополучные. Любопытно и то, что, хотя нуждающихся и малообеспеченных семей, по данным комитета по социальной политике, в Петербурге насчитывается около 137 тыс., за помощью в отделы соцзащиты и центры помощи семье и детям в 2013 году обратились лишь 83 тыс. семей. То есть те, кому мы должны и готовы помогать, справляются сами. Похожая ситуация и с многодетными семьями: из более чем 20 тысяч только 5 тысяч семей обратились за положенными им пособиями и единовременными выплатами, хотя они, конечно, заложены в бюджет», — говорит Уполномоченный по правам ребенка в Санкт-Петербурге Светлана Агапитова.

Однако то, что семьи справляются с материальным самообеспечением, еще не означает их социального и морального благополучия, уверена заместитель председателя комитета по молодежной политике и взаимодействию с общественными организациями Санкт-Петербурга Елена Кузина: «Исследования прошлого года показали, что те семьи, которые называют себя благополучными, на самом деле могут быть так же неблагополучны, как и те, кто в этом признается. Очень часто, к сожалению, мы просто не располагаем достаточной информацией о том, что в действительности происходит между родителями и детьми. Поэтому с прошлого года у нас заработала своя анонимная горячая линия телефона доверия. Звонить по номеру 747–13–40 можно круглосуточно, в любой день недели».

В том, что отсутствие реальных данных о ситуации в семье может иметь серьезные и даже криминальные последствия, уверена заместитель начальника 2‑го отдела Управления организации деятельности участковых уполномоченных полиции и подразделений по делам несовершеннолетних Главного управления МВД по СПб и ЛО подполковник полиции Елена Старкова. «Сегодня у нас наблюдается рост подростковой преступности, на учетах в подразделениях по делам несовершеннолетних в Петербурге состоят более 2000 семей и столько же несовершеннолетних нарушителей. И хотя за последние 3 месяца нам удалось снизить темпы роста на треть, недостаток информации о семейном неблагополучии лишает нас возможности вести более эффективную работу по профилактике противоправных действий».

Специалисты отмечают, что общий уровень преступности среди подростков остается неизменным, но меняется характер самих преступлений. «Многое зависит от настроений в обществе: растет процент нарушений, связанных с незаконным оборотом наркотиков, куда дети вовлекаются целыми группами. Кроме того, в последнее время не только среди взрослых, но и среди детей произошло обострение националистических настроений. Как раз сейчас в связи с убийством гражданина Узбекистана в СИЗО пребывают шестеро несовершеннолетних», — добавляет Светлана Агапитова.

Лишение родительских прав — старая проблема. По сравнению с 2012 годом столь радикальные меры применялись гораздо реже: 1520 — в 2012 г., в 2013‑м — 670. Стоит отметить, что восстановление в правах происходит довольно редко: за последний год лишь 10 семей возвратили себе право заботиться о ребенке (в большинстве случаев речь идет о семьях, где мать возвратилась из мест лишения свободы).

Эксперты уверены, что после лишения прав работа социальных служб с проблемной семьей зачастую сходит на нет, и это лишает ребенка перспектив вернуться из детского дома обратно в семью.

По мнению Светланы Агапитовой, именно помощь биологическим семьям, которые иногда не имеют материальной возможности растить малыша, может поспособствовать не только воссоединению самих семей, но и расформированию государственных учреждений: «Пособие для матери-одиночки в 1061 рубль — это, простите, смешно. У нас не так много мам-одиночек, остающихся без поддержки родственников и без другой материальной помощи со стороны. Но для многих материальные трудности все равно являются поводом отдать ребенка в детдом, пусть и на время. В этом случае государство платит по 100 тысяч рублей за то, что малыш пребывает в сиротском учреждении, Это неправильно. Мы убеждены: целесообразнее часть этих средств направить маме, чтобы она сама получила возможность заниматься ребенком».

 

МНЕНИЕ

 

Корреспондент «НП» спросил у петербуржцев, каким семьям надо помогать прежде всего: многодетным, малоимущим, семьям с больными детьми или с родителями-инвалидами.

 

Александр, 54 года, директор строительной фирмы:

Думаю, что помогать надо всем, но в первую очередь тем, кто по не зависящим от него причинам оказался в сложной ситуации. Поддержка многодетных семей должна отличаться от помощи семьям с больными детьми или родителями-инвалидами.

 

Елизавета, 23 года, администратор рецепции:

Прежде всего, в помощи, думаю, нуждаются семьи с больными детьми или родителями-инвалидами. Потому что проблема большого количества детей в семье — это уже безрассудство родителей, если они не могут своих детей обеспечить.

 

Мария, 70 лет, пенсионерка:

Семьям с больными детьми, потому что о родителях-инвалидах могут позаботиться их дети, а вот за больным ребенком нужен постоянный уход, забота, поэтому родители могут просто не иметь возможности работать и зарабатывать на необходимое лечение.

 

Евгения, 22 года, хостес:

Я считаю, что если у человека многодетная семья, он знал, на что идет. Если мать рожает по 7 детей, а потом жалуется, что есть не на что, то она просто дура, которая свою семью не любит. Но если в семье есть усыновленные, то им, конечно, надо помогать. Только должен быть механизм, отслеживающий корыстный умысел.

 

Станислав, 37 лет, видеооператор:

Конечно, семьям с больными детьми. Потому что болезни — это последствия противоестественного процесса, который не зависит от действия людей.

 

Дарья, 22 года, PR-специалист:

Семьям с больными людьми. Многодетные сами нарожали — сами пускай и растят. Малоимущие — идите работайте. Ну, это грубо говоря.

 

Александр, 26 лет, IT-специалист:

Семьям с приемными детьми нужно помогать. Ну и в целом нужно смотреть на каждый конкретный случай, когда семья оказалась в сложной жизненной ситуации, из которой самой ей не выбраться.

 

Иван, 35 лет, инженер-технолог:

Если активно спонсировать многодетные семьи, есть риск, что они ради этой поддержки государства рожать и начнут, что в принципе уже и происходит. Так что помогать нужно семьям, где кто-то болеет, или детям, которые остались без семьи.

  • Наталья Белая

Добавьте комментарий

:
(покажите другой код)
Введите код с изображения
: