Система против талантов

23 июля 2014 Система против талантов

В середине июля 2014 года Рособрнадзор запретил принимать абитуриентов еще пяти негосударственным вузам. Причиной запретов является «неисполнение предписаний об устранении нарушений в установленные сроки». Если говорить проще, вузы не смогли (или не захотели) устранять претензии, предъявленные им в ходе мониторинга, который теперь охватывает всю образовательную систему страны. Однако введение жестких требований, увы, не всегда ведет к повышению качества высшего образования. Чтобы показать, как это происходит на практике приемной кампании 2014 года, рассмотрим несколько проверяемых показателей.

Начнем с первого — «Образовательная деятельность». Через него учитывают специфику вуза, средний балл ЕГЭ (в том числе студентов, принятых по льготным программам, результатам творческих и других испытаний), а также численность победителей и призеров статусных олимпиад.

Может ли поступить в хороший вуз абитуриент, который получил по обязательным и профильным дисциплинам 40–45 баллов? Не говоря уже о тех, кого в этом году «спасли», снизив порог ЕГЭ до уровня ниже плинтуса. Теоретически — да. Практически — нет. Потому что во многих учебных заведениях действует порог, «отсекающий» тех, у кого результаты ЕГЭ даже на 1–2 балла ниже. В достаточно престижных вузах Петербурга он составляет 120 баллов (за 2 экзамена), и даже если абитуриент талантлив и действительно хочет учиться, в большинстве случаев поступить он не сможет — вуз не хочет портить себе показатели. Особенно удобно «отсекать» таких абитуриентов в учебных заведениях, проводящих дополнительные испытания, — всегда можно найти возможность занизить результат «своего» экзамена, чтобы не допустить падения нужных параметров критерия мониторинга.

Следующий критерий — «Международная деятельность»: он учитывает в числе прочих удельный вес иностранных студентов. Но даже в престижных по российским меркам вузах Петербурга иностранцев не так уж много, а в учебных заведениях второго и третьего уровней их вообще можно пересчитать по пальцам. К чему это приводит?

В этом году на иностранцев, под которыми подразумеваются также граждане стран СНГ (Казахстана, Беларуси и т. д.), в петербургских вузах развернулась настоящая охота, и теперь обладатель «чужого» паспорта обязательно поступит, даже если подготовлен «не очень» и явно проигрывает конкурентам. Почему? Потому что каждый иностранец — галочка в критерии мониторинга. Чем больше иностранцев (а особенно «дальних») — тем лучше. А уж как они будут учиться и станут ли специалистами — дело десятое.

Еще один критерий, «Кадровый состав», учитывает и процент преподавателей, имеющих ученые степени (не менее 70 %). В этом году учебные заведения Петербурга рьяно взялись приводить штаты в соответствие с требованиями критерия. В результате немало опытных и талантливых преподавателей, которые решили не тратить время на добывание ученых званий (процедура подчас скорее бюрократическая, чем научная), были вынуждены либо вообще уйти, либо соглашаться, например, на понижение в должности.

Борьба за повышение процента «остепененных» ведет к тому, что хорошие, но не имеющие ученых степеней преподаватели «вытесняются» из учебных заведений. Причем в первую очередь это касается практиков из бизнеса (им ведь ученые степени ни к чему) и молодых преподавателей, еще не успевших обзавестись нужным по критерию мониторинга статусом. Результат? С точки зрения мониторинга вузам проще оставить 60‑летнего доктора наук, чем 25‑летнего «неостепененного» практика. И пусть первый читает унылые лекции 20‑летней давности, а второй учит, как вести бизнес в реалиях сегодняшнего дня, — для «правильного» критерия все равно больше подходит доктор.

Да, в этом году в мониторинг вузов внесены принципиальные коррективы, поскольку сам термин «признаки неэффективности» (как и «неэффективный вуз») уже не употребляется. Минобрнауки отказалось от него, сославшись на «значительные репутационные риски». Это означает, что даже неутешительные итоги очередного мониторинга не должны повлечь за собой автоматическое признание того или иного вуза неэффективным или бесперспективным. Министерство образования и науки однозначно заявило: ведомство не будет принимать решение, какой из российских университетов, академий или институтов нуждается в реорганизации, закрытии или слиянии с более сильным вузом, лишь назовет те, которым необходимо повысить собственную эффективность. Согласно мониторингу‑2014, рекомендации сделать это выданы 238 вузам и 772 филиалам — отчет о проделанной работе должен появиться до 31 октября 2014 года.

Кажется, что дамоклов меч мониторинга уже не опасен и можно расслабиться — теперь решение о судьбе вуза должны принимать учредители. Но в том-то и «фишка»: из попавших в черный список 79 вузов и 489 филиалов подведомственны органам власти, а под крылом того же Минобрнауки находятся 39 заведений.

Поможет ли введение системы мониторинга вузов «очистить» рынок от недобросовестных учреждений? По данным Рособрнадзора, в 2013 году у 30 вузов отозваны лицензии. И если 2–3 года назад ежегодно выдавалось 100 (!) лицензий на открытие вуза, то с сентября 2013‑го по всей стране выдано таковых лишь 7. Подобная статистика на первый взгляд обнадеживает.

Только как объяснить перспективному абитуриенту, не добравшему (порой по вполне объективным причинам) пару баллов до нужного для мониторинга порога, причину его непоступления в вуз? Может быть, так и сказать: «Вы не вписываетесь в систему!» Или: «Не будем портить вашими баллами ЕГЭ наши критерии!» Как ему объяснить, почему середнячки, быстро оплатившие стоимость обучения, нередко оказываются зачислены в вуз раньше, чем их более знающие и талантливые соперники?

В любом случае, все эти «особенности» вряд ли повышают реальный престиж и значимость нашего образования.

 

МНЕНИЕ

 

Корреспондент «НП» поинтересовался у молодых людей, насколько объективно, по их мнению, оценивают знания на вступительных экзаменах.

 

Кирилл, 20 лет, студент:

Не знаю, сейчас же тесты везде почти, так что, думаю, оценивают достаточно объективно.

 

Алексей, 20 лет, студент:

От преподавателя зависит. Некоторые объективны, некоторые — нет, отталкиваются от личной симпатии или от того, какие у тебя родители.

 

Роман, 19 лет, студент:

Мне кажется, в школе все менее объективно, чем в институте. В универе уже по знаниям больше смотрят.

 

Александра, 18 лет, студентка:

Смотря на каких экзаменах. При поступлении в институт в моем случае все объективно было, но вот потом на экзаменах по-разному. Тут уже больше вопрос везения.

 

Альбина, 22 года, студентка:

Нет, конечно, у нас же ЕГЭ, какая объективность. Удача и минимум знаний — вот главные составляющие.

 

Анастасия, 20 лет, студентка:

Нет, я знаю кучу примеров, когда умные люди плохо сдавали экзамены, а совсем недалекие при этом хорошо писали тесты.

 

Александр, 26 лет, аспирант:

Не объективно. Если говорить о ЕГЭ, то по его результатам вообще сложно нормально оценить знания. У нас столько «умников и умниц» получилось, а знаний — ноль.

 

Олеся, 18 лет, студентка:

Да нормально оценивают. Но экзамены по старинке больше показывали уровень знаний, как мне кажется.

 

Егор, 19 лет, студент:

Хочется верить, что все справедливо, но так не всегда получается. Хоть у нас и пытаются все сделать, как в Америке: тесты, анонимность. Результат пока не очень.

 

Павел, 21 год, лаборант:

Ну какая объективность, это все дело случая. Экзамены — это же лотерея, особенно если говорить о тестах.

 

Никита, 21 год, студент:

Может, сейчас с ЕГЭ все к лучшему изменилось, но мне самому в это с трудом верится. Тестовый экзамен, на мой взгляд, не может отражать реальный уровень знаний.

 

Екатерина Васильевна, 78 лет, пенсионерка:

Одно только мучение для детей. Конечно, я не объективна, потому что сама экзамены не сдавала и за внука очень переживаю, но я очень часто слышу от людей, что ЕГЭ — это шаг назад, а не вперед.

  • Владимир Сергачев

Добавьте комментарий

:
(покажите другой код)
Введите код с изображения
: