Реиндустриализация: одни не хотят, а другие не могут

5 марта 2014 Реиндустриализация: одни не хотят, а другие не могут

Дискуссия, состоявшаяся в рамках научно-практической конференции в Петербурге, оказалась жаркой. Однако это не помешало участникам встречи прийти к общему выводу — страна крайне нуждается в новой экономической политике, направленной на развитие.

В состоявшейся в Дубовом зале петербургского Дома ученых на Дворцовой набережной конференции приняли участие больше сотни профессионалов, представляющих разные сферы. Здесь были ученые с мировым именем, известные промышленники, представители системы образования и политики. Интерес к собранию, которое проводилось как петербургская секция будущего Московского экономического форума, намеченного на март этого года, оказался велик: большой зал едва вместил всех желающих послушать доклады и принять участие в острой дискуссии.

Корни проблемы

Тон конференции задал директор Института нового индустриального развития Сергей Бодрунов — его анализ причин нынешней ситуации и оценка ближайших перспектив вызвали в зале уважительные аплодисменты.

«Для успеха в деле реиндустриализации у нас в стране как будто все есть: ресурсы, интеллектуальный потенциал, желание властей. Почему же тогда процесс постоянно «буксует»? — задался вопросом докладчик. — Потому что пока нет системного подхода к решению того клубка проблем, которые появились не сегодня».

Сергей Бодрунов подтвердил свою точку зрения цифрами, которые ярко проиллюстрировали процесс деиндустриализации, характерной для промышленности России в последние два десятилетия. Четыре «Д» — деорганизация производства, деградация технологий, деквалификация персонала и декомплицирование (т. е. упрощение) труда — дали, по оценке директора ИНИР, вполне прогнозируемый результат: Россия до сих пор не может вый­ти на тот уровень, который был еще в 1991 году.

Причем в отдельных отраслях промышленности спад оказался настолько велик, что наша страна попросту неконкурентоспособна на международном рынке и вынуждена импортировать, импортировать и импортировать. К примеру, в 2008 году Россия произвела всего 1,4 тыс. токарных станков, в то время как в Германии этот показатель составил 23,3 тыс., а в Японии — 26,6 тыс. В результате отечество, ставшее во многом зависимым от импорта, экономически не развивается, напротив, в последнее время наблюдается постоянный спад, который некоторые специалисты характеризуют термином «около нуля».

«Надо честно признать, что «около нуля» или даже какие-то положительные цифры, характеризующие состояние российской экономики, — это скорее видимость благополучия, — констатировал Сергей Бодрунов. — Очевидно, что более-менее приличный показатель получается только за счет небольшого роста в добывающих отраслях: они нивелируют «минус», характерный для промышленности».

Дмитрий Сорокин, первый заместитель директора Института экономики РАН, убежден, что проблема ориентации на продажу сырья, а не на развитие инновационных предприятий, появилась в России задолго до конца ХХ века. Когда? По крайней мере, в XVIII веке, когда «наверх» была впервые отправлена петиция, в которой говорилось о предпочтительном варианте переработки, а не продажи сырья. А для того, чтобы проиллюстрировать отношение к инновациям, он показал… картину «Бурлаки на Волге». Зачем?

«Видите, что нарисовано художником в правой ее части? — спросил он у зала. — Правильно — пароход. Однако большую часть полотна занимают бурлаки, которые вручную тянут баржу по реке. Вывод? Как в те, так и в наши времена ключевой проблемой является низкий спрос на инновации в российской экономике…»

Именно поэтому, считает эксперт, паровая машина Ползунова в России оказалась не востребована и в конце концов была выброшена, а аналогичный проект в Англии пошел в серию — и на нем удалось заработать кучу денег.

Что ответили на это предприниматели из реального сектора экономики, которые тоже присутствовали на конференции?

Нет условий

По их общему мнению, ни талантами, ни желанием двигаться вперед, ни способностью внедрять новинки в реальность Россия не обделена. Но…

«Мешают общественные и государственные институты, которые «не заточены» под задачу внедрения инноваций в жизнь, — констатировал Сергей Бодрунов. — Кто из трезво оценивающих ситуацию бизнесменов будет «вкладываться» в затратные и долговременные проекты, которые даже в перспективе не могут принести прибыли?»

Его полностью поддержал Павел Плавник, председатель совета директоров ОАО «Звезда». Однако он несколько по-другому расставил акценты.

«На мой взгляд, реиндустриализация экономики, предусматривающая, в частности, реорганизацию производства с переходом его на более высокий уровень, невозможна без значительного роста внутреннего спроса, — считает он. — Такая реорганизация — это капиталоемкая неизбежность, однако огромные вложения могут окупиться только тогда, когда есть уверенность в завтрашнем дне. Которую во многом как раз и может гарантировать внутренний спрос. В этой связи я бы считал необходимым создать отдельную государственную структуру, которая отвечала бы за все это в целом — включая даже вопрос продвижения на рынке».

Что касается претензий насчет нежелания бизнеса «вкладываться» в инновации и тем самым способствовать развитию экономики, то Павел Плавник ответил вполне определенно: «Будет спрос — и за инвестициями дело не станет». И подтвердил, что сейчас на возглавляемом им предприятии в полную силу идет разработка нового двигателя для скоростных судов — это стало возможно только после того, как заработала соответствующая ФЦП (федеральная целевая программа) и появилась насущная потребность в таком изделии.

С тем, что дело далеко не только в отсутствии желания внедрять инновации среди бизнесменов, согласился и президент промышленного союза «Новое содружество» Константин Бабкин. «Убежден, что предприниматели в России вовсе не прочь использовать самые современные методы производства, технологии и оборудование, — подчеркнул он. — Однако из-за отсутствия действенной системы, способной оказать помощь в этом, им просто невыгодно инвестировать в новинки. И пока такой системы не будет, ситуация вряд ли изменится».

Известный экономист и публицист Юрий Болдырев копнул еще глубже: «Мы можем много говорить о том, почему при наличии всего того, что нужно для инновационного развития российской экономики, она так и не движется по несырьевому пути. Ответ, на мой взгляд, достаточно простой: ключевые интересанты, которые как раз и могут существенно влиять на процесс, в этом не заинтересованы. Вместо того чтобы строить крыло для «Боинга», мы должны строить весь самолет: чем более самодостаточной будет наша экономика, тем для нее лучше. И надо не говорить, а действовать…»

В своем мнении он оказался вовсе не одинок. К примеру, Андрей Кобяков, заместитель главного редактора журнала «Однако», и вовсе уверен, что решение о вступлении в ВТО было ошибочным — ничего хорошего нашей экономике, по его мнению, это не принесло, поскольку зависимость от импорта растет, а экспорт, наоборот, падает. «Самодостаточность нашей промышленности — это принципиальный вопрос, — уверен он. — Если мы сможем производить все своими силами, мы от этого только выиграем».

Что делать?

Вопрос извечный. На несколько другой («Можем ли мы успеть на поезд реиндустриализации и тем самым вырваться вперед?») Сергей Бодрунов отвечает уверенным: «Можем!» Правда, по его мнению, при этом нужно выполнять целый ряд условий, таких как удешевление и увеличение ресурсной базы, реорганизация структуры промышленности, создание высокотехнологичных рабочих мест и, как следствие, значительное повышение эффективности труда. «Убежден, что мы можем выйти на уровень развитых стран мира, — говорит он. — Однако для того, чтобы это сделать, нужно действовать системно и произвести значительные инвестиции для коренной перестройки в промышленности».

Несмотря на постоянные декларации о необходимости инновационного развития промышленности страны, мы видим, что по-настоящему системной работы в этом направлении не ведется, — считает Сергей Бодрунов. — А без четкой, детально прописанной на уровне государства инновационной политики, являющейся ядром реиндустриализации, двигаться вперед невозможно: только скорое внедрение инноваций в промышленность может стать залогом выхода на те темпы роста ВВП, которые позволят России оставаться в числе ведущих производственных стран мира.

Другие участники конференции убеждены: вместо того чтобы «вливать» деньги в банковскую систему, надо на приемлемых для предприятий условиях вложить их в реальную экономику страны, обновив их производственную базу и сделав конкурентоспособными на мировом рынке. У новой экономической политики (НЭП) страны, предполагающей наличие доступных для производственных компаний систем кредитования и быстрый рост промышленности, альтернативы нет, однако, если мы хотим качественно развиваться, нам нужно делать это быстро — промедление может стоить чересчур дорого.

«Мы валимся в пропасть, и очевидно, что надо предпринимать экстренные меры, — считает еще один участник обсуждения проблемы реиндустриализации, директор Института проблем глобализации Михаил Делягин. — Сейчас очевидно, что многое нам фактически придется создавать заново. И в производстве, и в образовании, и в науке. Но другого выхода нет…» А для убедительности он привел слова Ходорковского, который как-то сказал: «Если вы не можете покупать товар у трех абсолютно независимых производителей, вы обязаны производить его сами».

Систему надо менять

Для того чтобы проиллюстрировать уровень затрат в разных странах на внутренние исследования и разработки, в рамках конференции были приведены следующие цифры: Россия тратит на эти цели около 1,1 % от ВВП, Япония — 3,36, США — 2,9, Германия — 2,47 %.

Однако если эти вложения разделить на государственные и частные, то наша страна выглядит вполне на уровне развитых мировых держав. В России, к примеру, государство тратит на внутренние исследования 0,81 % ВВП, а в Японии — только 0,56 %. Зато в Стране восходящего солнца бизнес вкладывает в разработки 2,47 % от ее ВВП, а в России — только 0,29 %.

«Это еще раз подчеркивает, что предпринимателям у нас невыгодно инвестировать в инновационные продукты, — отметил Дмитрий Сорокин. — Надо менять систему таким образом, чтобы для них этот процесс стал интересным — тогда они сами начнут «вкладываться» в будущее».

И с этим, несмотря на разницу в подходах, согласились практически все основные участники петербургской конференции, посвященной вопросам реиндустриализации России. Главное, чтобы все эти точки зрения удалось донести до самого «верха»: иначе по уже сложившейся традиции все завершится словами, которые, какими бы хорошими ни были, на ситуацию в экономике влияют мало.

Действовать надо…

  • Владимир Сергачев

Добавьте комментарий

:
(покажите другой код)
Введите код с изображения
: