|
 - Я не знаю, отчего так все происходит. Кажется, чего больше: дать волю народу, развивать торговлю, искоренять взятки, бороться с невежеством, укреплять границы, отвоевывать истинно русские территории… Что им еще нужно? А, Катя? Может быть, ты меня просветишь? Что я делаю не так?
- Ты великий царь, Сашенька. А великих всегда ненавидят. И чем больше величия в тебе будут видеть -тем сильнее станет расти ненависть. И еще: ты идеалист. И романтик в придачу…
- Ну, вот еще выдумала! Я романтик? Бог с тобой! Расскажи об этом моим министрам - вот уж они посмеются…
- Твои министры и так об этом знают, можешь не сомневаться. Раз уж это известно мне, то им известно тем более.
- Я, значит, романтик… Хм-м… И в чем же, позволь узнать, эта моя романтичность проявляется?
- Как в чем? В твоей любви, естественно…
Александр Николаевич Романов, которого, титулуя, называли Александром Вторым, внимательно посмотрел на свою возлюбленную Екатерину Михайловну Долгорукую, увидел в ее глазах внутренний свет, который всегда принимал за огонь страсти, и взволнованно произнес:
- Сейчас я, к сожалению, не свободен, но клянусь, что при первой же возможности женюсь на тебе, ибо отныне и навеки считаю тебя своей женой перед Богом…
Конечно, лучше таких слов не произносить, потому что отвечать за них обычно приходится. Пришлось ответить и государю, давшему такую неслабую клятву, обратившись за свидетельством к небесам. Он умер в 63 года, в том самом возрасте, когда мужчина обычно достигает наивысшего положения и как индивидуум, и как член социума. Александр Николаевич не сумел предотвратить неминуемое, он самолично притягивал к себе ситуации насилия, которые возникали в его жизни постоянно. Астрологи, состоявшие при дворе, говорили, что все неприятности - это ответ на невероятную любовную связь императора с девушкой на 30 лет него моложе, но царь только отмахивался: при чем здесь любовь?
Но любовь была при всем, и только перед самой смертью Александр Николаевич это понял. Но было уже поздно…
Мария Александровна, супруга императора, узнав о Долгорукой, поселившейся в Зимнем, моментально поняла, что в ее жизни наступил крутой и, по всей видимости, последний поворот. Конечно, она прекрасно знала обо всех шашнях, которые заводил муж при дворе, знала о самой своей серьезной сопернице, княжне Александре Сергеевне Долгорукой, к которой Александр Николаевич испытывал неуемное влечение. Но когда при дворе появилась Екатерина Михайловна, дальняя родственница Александры, императрице стало откровенно плохо. Ее муж, 50-летний дед (у царя к тому времени был внуки), завел себе молодую - нет, не любовницу это было бы еще полбеды, -20-летнюю любимую. Это говорило о том, что ее супружеская жизнь, и так не самая счастливая, подошла к концу. Екатерина Михайловна, естественно, стала фрейлиной государыни, это даже не обсуждалось. Ее комнаты находились в непосредственной близи от комнат Александра Николаевича, она приходила к нему по потайному ходу, имела ключи, которых не было у самой императрицы. Мало того, она рожала ее мужу детей - и он принимал роды! Это говорило о том, что намерения у царя очень серьезные, и если бы она, его жена, сошла в могилу, то ничто не остановило бы государя от повторного брака.
Ее унижало то, что она ничего не могла сделать: бить тарелки о физиономию некогда любимого человека было ниже ее достоинства. Когда, в немногочисленных разговорах, супруг упоминал о Долгорукой с таким выражением, словно именно ЭТА, а не Мария Александровна, бывшая принцесса Гессенская, приходилась ему женой, она вставала и молча выходила. Но это было не все, на что жена государя была способна.
- Ты пообещал моей фрейлине, что женишься на ней при первой же возможности, - как-то раз объявила она Александру Николаевичу прямо в лицо и увидела, как оно побелело от испуга. - Так слушай меня: я изо всех сил постараюсь вам этого повода не давать.
Все дело в том, что у Марии Александровны было очень слабое здоровье, и она все время болела. «При первой возможности» означало «после смерти моей больной жены». И вот началась упорная борьба императрицы с недугом, от которого у нее были страшные боли в области сердца, постоянная непроходящая слабость и обмороки. Она считала, что сможет перехитрить судьбу, и почти десять лет упорно не умирала. Дети -Ольга, Георгий и Екатерина - возненавидели отца и с презрением смотрели на молодую, пышущую здоровьем даму, которая рожала царю бастардов и совершенно спокойно ходила по дворцу, словно он был ее собственностью, когда их мать умирала за соседней стеной. Но вот наконец наступила развязка: Мария Александровна скончалась в 1880 году. По истечении положенного - и ни на день больше - срока траура, император сделал формальное предложение Долгорукой: «Петровский пост кончился, и я, наконец-то, желаю немедленно назвать тебя окончательно своей». 6 июля в три часа дня в небольшой комнатке Царскосельского дворца состоялось бракосочетание.
На следующий день Сенат утвердил царский указ о том, что Екатерине Михайловне присваивается титул «светлейшей княгини Юрьевской (по имени одного из далеких предков Долгорукой - Юрия, основателя Москвы) и о передаче титула по наследству всем ее детям.
Мечта сбылась? Однако Екатерина Михайловна вовсе не ставила себе задачу завоевания тронного положения (императрицей ей в любом случае было не стать). Она просто жила со своим пожилым супругом, надеясь на то, что мир оставит их в покое. Иногда царь порывался бросить все и уехать жить за границу простыми буржуа - но она всегда отговаривала Сашеньку от подобных шагов. Поэтому он продолжал свои политические и социальные преобразования, приведшие к взрыву бомбы 1 марта 1881 года на Екатерининском канале…
6 марта, после отпевания императора, обер-прокурор Священного Синода Победоносцев написал своей приятельнице: «Я присутствовал сегодня на службе во дворце. После окончания, когда все разошлись, из соседней комнаты вышла вдова. Она еле стояла на ногах, ее поддерживала сестра. Опустилась на колени около гроба. Лицо усопшего покрыто газом, который нельзя поднимать. Однако она наклонилась, резко сорвала покрывало и долго целовала лоб и лицо… Качаясь, вышла затем из комнаты. Мне жаль эту бедную женщину…».
Да, остается только пожалеть Екатерину Михайловну: она скончалась в Ницце, позабытая всеми, вдалеке от света, на тридцать лет пережив своего погибшего возлюбленного.
Александр Хохрев
Материалы подготовлены при поддержке «ТГК-1»
16 - 22 мая 2006. № 18 (445) |
|
